class="p1">Получалось, чтобы ей помешать, войну надо было предотвратить совсем. Но единственным способом сделать это выглядел уход нартов куда-нибудь далеко из Свободных Княжеств навсегда. Что при живой Морене не представлялось возможным, а убить её кому под силу? Разве что каким-то образом предварительно разорвать её связь с Тёмной Матерью. Что, видимо, и попытался сделать Брен чёрным клинком! Но у него ничего не вышло. Нужно найти другой способ. Вот после того, как у посредственной мечницы перестанет включаться сверх-скорость и сверх-сила, возможно, Аина и сможет выполнить свою роль, если та состоит в убийстве ахсары. К которой на самом деле у неё остались личные счёты — Таша и Брен.
Хотя… есть же ещё волшебный Меч, очевидно играющий какую-то немаловажную роль в этой истории. Может быть, это он давал Морене сверх-способности? Вдруг он, как и в «Саге о Замке Малфир» — единственное оружие, которое сможет одолеть злодейку, и именно поэтому ахсара стремилась сама им владеть? А странный человек, который приходил к Аине во снах, как раз поэтому велел его забрать? Тогда надежда есть! При этой мысли девушка ощутила прилив веры в себя, наполнивший её до краёв светлой радостью с привкусом какого-то неземного блаженства. Быть может, её тернистый путь вёл как раз к этому? И все страдания были не зря, а ради некой возвышенной цели?
Только тогда крайне глупым было оставить этот чудесный артефакт в заброшенном замке. Нужно сразу же забрать Меч после того, как они благополучно доведут баронессу ал да Малфирдом до места. Забрать и начать тренироваться с таким длинным клинком. А потом… да хоть в дружину Совета попытаться вступить. Хотя вряд ли её туда примут, а удивительное оружие могут ещё и отобрать…
Чёрт, ладно, потом придумает. Можно хоть к той же Петре вернуться на время — там будет гарнизон и раздолье для тренировок… Впрочем, скорее уж та возьмёт главным нынешнего любовничка. А ведь говорила, что больше не может, мол, мутит её от мужиков после стольких лет беспутной жизни…
Тьфу! Ложь и враньё! Слова-то были сказаны до появления этого парня. Будет логично, если Отступница захомутает его насовсем. А что? Ему даже не придётся беспокоиться о том, чтобы ненароком не угробить жену. Очень удобно! А тут ещё владения и титул…
Хотя, о чём это она? Клед и сам из знатного рода. Судя по разговорам, подслушанным в тавернах, его родная провинция по-прежнему без хозяина. Он при желании может доказать и честь, и достоинство. Знай только нужную сумму собери. Может быть, любовница подарит ему шактулку алмазов на восстановление своего замка?
Вот при таких мыслях у Аины неизменно портилось настроение и переставало хотеться вообще чего бы то ни было.
Да где же этот чёртов жеребец? Что он там так долго делает? Неужели за ночь не натрахался? Хоть бы раз вышел ко времени, если не раньше! Но похоже, стыд этому парню неведом. Как и приличия.
Словно отозвавшись на её мысли, дверь отворилась и Наречённый выскользнул за дверь. Бронированная куртка небрежно висит на плече, в разрезе рубахи виднеется голая грудь… Разгорячённый весь такой, лохматый, соблазнительный. Сука! Нет, тогда уж кобель…
* * *
Стянув палантин с двери и принявшись наматывать его на руку, Клед наткнулся на жгуче осуждающий взгляд Алины. Ему опять стало стыдно. Да что же это такое? Глубоко вдохнув, он согнал с лица все чувства, чтобы не выдать своего замешательства, и ровно поздоровался:
— Доброе утро.
Девушка лишь приподняла бровь. Она бурно дышала, словно в гневе. От этого пышная грудь в довольно откровенном вырезе кожаного корсета, не прикрытого сейчас курточкой, опасно вздымалась. Что заставило парня придать лицу ещё пару степеней твёрдости. Ему казалось, что он понял претензию.
— Прости, но формально я не обязан сдавать тебе пост, — без выражения сказал он. — Я нахожусь в распоряжении хозяйки, как и ты, а два охранника лучше, чем ни одного, поэтому ты не обязана ждать моего появления, чтобы приступить к дежурству.
Шрам на щеке девушки дёрнулся, она презрительно выдохнула и откинулась на спинку стула, сложив руки на груди. Кажется, не угадал. Клед отвернулся, пряча смущение, и сделал пару шагов уходить, а потом вдруг подумал: почему он, чёрт возьми, должен смущаться и стыдиться? Могла бы и сказать что-нибудь! Он решительно развернулся.
— Слушай, что тебе не нравится? Я же не отбираю у тебя работу. Насколько мне известно, нам даже платят одинаково.
— Ха! — фыркнула Алина. — Мне натурой точно не прибавляют!
— А ты хоть представляешь себе, чего стоит жизнь, которую она прожила? — вспыхнул Клед. — Знаешь, что большинство таких, как она, умирают в постели, перебрав Тёмной Силы, которую сливают в них Воины Смерти? И чем выше ранг, тем этой силы больше. А попадают в Отступницы вовсе не по собственному желанию?
Только выпалив всё это, парень задумался, стоило ли выдавать посторонним подноготную этих отношений. Но, похоже, его горячность подействовала. Сбила спесь с лица девушки, даже немного смутила её.
А ведь на самом деле, зная все факты, Аина совсем не задумывалась, что они означают. Возможно, потому, что Петра не жаловалась ей. Тогда любовнику и подавно. Значит, парень сам это понял и на самом деле не такой уж самовлюблённый долдон.
— Можно подумать, меня с золотой ложки кормили да с пуховых подушек сойти не давали… — проворчала она.
Это охладило и Кледа. Он вспомнил совет Петры.
— Кстати, как ты попала к нартам? Ты ведь не из их племени?
Алина посмотрела на него долгим взглядом. Непонятным, но уже не враждебным. И он внезапно вспомнил то детское ощущение на дереве, что при других обстоятельствах они обязательно стали бы друзьями… Откуда появляется такое внезапное доверие? Как будто давно потерянную сестру увидел. Неожиданно прошило сердце горячей иглой так, что чуть слёзы не выступили… Что за дичь?!
— Так же, как ты, Кларед Лоринден, — ответила она наконец (специально посмотрела имя в реестрах, когда выбирала «легенду» для себя). — Точно так же. Только некому было меня спасти.
Голос её пресёкся, будто в горле встал ком. Клед же за те несколько секунд, что она говорила, испытал целую бурю чувств, стремительно сменяющих друг друга: шок от того, что она знает его имя и, наверняка, титул; страх, что нарты проведают о выживании наследника Меча; возмущение тем, что она беспечно раскрывает вслух его тайну. Но он сдержался, подавив их все, и холодно спросил лишь то, что было выше его разумения:
— Как же ты тогда могла делить с ними кров
